В зимний перерыв в чемпионате России клубы премьер-лиги устроили несколько трансферных взрывов. Но даже на фоне возвращения российских звезд из Англии переход полузащитника сборной Эквадора Кристиана НОБОА из «Рубина» в «Динамо» — весомое событие. Встретившись при помощи пресс-службы основного акционера ФК «Динамо» банка ВТБ с новобранцем команды, корреспондент «МН» узнал, что надо сказать Курбану Бердыеву, чтобы уехать из Казани, не испортив отношения, и как заводить полезные связи в твиттере.

— Вы в «Рубине» отыграли пять лет, стали ключевым игроком команды, Бердыев называл вас сыном. Казань — родной город вашей жены. Как вы решились на переход в «Динамо»?

— Я очень благодарен «Рубину» и Бердыеву. Но вы сами говорите — пять лет. Это огромный срок для футболиста, и в конце концов становится тяжело. Заканчиваются эмоции, все становится обыденным. Я понял, что мне нужно двигаться дальше. Мне нужен был новый вызов. Все это я и сказал Бердыеву, и он меня понял.

— Это был самый тяжелый разговор в вашей карьере?

— Да. Он меня называл «сынок, сынок», вспоминал, как я приехал совсем мальчиком в Казань, а я ему должен был сказать, что ухожу. Это было тяжело, но он смог меня понять, и я за это еще больше благодарен.

— Не обижайтесь, но игра «Рубина» — отличное снотворное, а «Динамо» по первой части чемпионата запомнилось зрелищной игрой. Вы уже почувствовали разницу?

— Про «Рубин» так думают многие, но вы разве спали, когда мы играли с «Барселоной»? Болельщикам нравилось, когда мы выигрывали. Я надеюсь, с «Динамо» нас тоже ждут победы. И пока меня здесь не просят делать что-то такое, чего я не делал в «Рубине». Иногда, в зависимости от соперника, мне говорят играть чуть больше в атаке, иногда уделять больше внимания обороне. Но у меня такая позиция, на которой игрок должен встретить соперника, отнять мяч и отдать пас — ничего необычного.

— С Казанью вы попрощались в своем твиттере, написав русские слова латиницей

— Да, я пока стесняюсь писать русскими буквами, боюсь, что будет много ошибок. А твиттер мне нужен, чтобы общаться со своими болельщиками. У меня там 40 тыс. друзей, я не могу позвонить каждому и рассказать, как у меня дела. А так все видят, куда я сейчас поехал, что делаю, какое у меня настроение.

— Среди тех 40 тыс. друзей есть и президент Эквадора.

— А мы знакомы и по-настоящему, я ему футболку дарил. Меня мой папа представил президенту — они вместе давно работают.

— Стоп, а кто у вас папа?

— Адмирал флота.

— Как так получилось, что сын адмирала — футболист, и на тренировки в детстве ездил на автобусах, в которые вынужден был запрыгивать на ходу?

— Папа ведь не сразу стал начальником. Он 30 лет служил, пока получил эту должность.

— А что президент, интересно, пишет в твиттере?

— Ему твиттер, наверное, нужен затем же, зачем и мне. А я хочу знать, что происходит в моей стране с моим президентом.

— Самого богатого человека Эквадора зовут Альваро Нобоа. Он вам случайно не родственник?

— Если и родственник, то очень дальний. Надо будет у папы спросить, он наверняка знает. Альваро Нобоа — владелец эквадорского клуба, в котором я начинал карьеру в Гуаякиле. Мы с ним разговаривали вот прямо как сейчас с вами, но про родство я что-то не догадался спросить. А вообще Нобоа в Эквадоре — очень распространенная фамилия.

— Но полное ваше имя повторить непросто — Кристиан Фернандо Нобоа Тельо.

— У нас так принято: Кристиан — мое имя, Фернандо — имя моего отца, Нобоа — его фамилия, а Тельо — фамилия матери. У меня, например, сына зовут Диего Кристофер Нобоа Романов.

— Паспортистки с ума не сошли, когда вписывали его в свидетельство о рождении?

— А мы сначала рождение сына зарегистрировали в Эквадоре, а потом дали списать. Так что у него есть эквадорское и российское гражданство. Так и воспитываем: я с ним говорю только на испанском, а жена — только на русском.

— Вот представьте, вырастет он, станет футболистом. За какую бы сборную вам хотелось, чтобы он играл?

— Это он пусть выбирает, когда подрастет. Такие решения каждый должен принимать сам. Его отец будет настаивать только на том, чтобы он играл в европейском клубе — здесь больше платят! (Смеется.)

— У вас в Эквадоре прозвище Эль Русо, то есть русский. Это почетно?

— Я был первым эквадорским футболистом в России, это потом стали еще подъезжать. Потом у меня жена русская. Но в моем прозвище нет какой-то иронии — все серьезно и уважительно. Правда, сейчас русскими у нас никого не удивить. Когда я уезжал из Эквадора, я ни разу не видел ни одного русского человека. Я даже себе не представлял, какие вы, какой у вас язык, как вы выглядите. Но за пять лет все изменилось. У меня жена приехала в Эквадор и сразу же подружилась, наверное, с 20 соотечественниками.

— Говорят, русские инвесторы скупают в Эквадоре банановые плантации.

— Не знаю. Но я заметил, что в России бананы за последние несколько лет очень подешевели. А когда я приехал в Казань, посмотрел на цены, мне показалось очень дорого.

— А правда, что в Эквадоре помимо бананов есть еще одно национальное блюдо — жареный куй?

— У меня жена, когда услышала, тоже очень смеялась! Да, есть, но я его ни разу не пробовал. Эквадор только на карте страна маленькая, а на самом деле она делится на три части. Есть побережье, где я родился и вырос, есть джунгли, а есть горы. У нас в основном едят рыбу и птицу. А куй — это такое небольшое животное, вот посмотрите фотографию в телефоне.

— Морская свинка? Чего только нет в телефонах у футболистов...

— Да ладно, это я вам только что в интернете нашел (смеется). А так у меня в телефоне из необычного только видео моих голов. Вот смотрите, это мой первый гол за сборную в ворота Бразилии. Это был мой первый матч за Эквадор! Мне тогда дали футболку с 13-м номером. Я на приметы внимания не обращаю, а тут вообще молодой был, дебют, сказали — вот бери этот, он остался. Мы проигрывали, и я забил на последней минуте! Бразилии! Смотрите, у них на воротах Жулио Сезар!.. А вот это из последнего — гол «Твенте».

— Как у вас комментатор надрывается...

— Так это же с Бразилией сравняли! Хотя у нас всегда так кричат. Я вообще считаю, что так и нужно комментировать футбол. В России почему-то все намного спокойнее, гол и гол, как будто ничего не случилось.

— Часто пересматриваете свои голы?

— Перед каждым матчем. Это очень помогает настраиваться, эмоции, заряд получаешь положительный. Сразу же хочется на поле.

— Вам скоро 27 лет. В этом возрасте у футболистов остаются мечты?

— У каждого игрока есть две мечты — сыграть в Лиге чемпионов и на чемпионате мира. В Лиге чемпионов я уже играл и теперь хочу там выступить с «Динамо». И я еще очень хочу вместе со сборной Эквадора почувствовать, что значит чемпионат мира.

"Московские Новости"